США во время президентства Барака Обамы. Часть Первая

<a href=США во время президентства Барака Обамы. Часть Первая" title="США во время президентства Барака Обамы. Часть Первая" /> C начала XXI столетия стало все более очевидным, что оставшаяся после распада СССР единственная в мире глобальная сверхдержава США переживает процесс качественной трансформации всех сторон жизнедеятельности внутри страны и мучительный процесс адаптации к новым реалиям в мире, особенно после событий 11 сентября 2001 года, и роста новых центров силы в мире в лице Китая, Индии, России, Бразилии и ряда других стран.

Поразивший мир финансово-экономический кризис оказался очень болезненным для США. Во-первых, он поставил под сомнение эффективность и привлекательность для других стран модель американской экономики. Во-вторых, выявил слабости институциональной системы, не позволяющей политическому руководству принимать быстрые и эффективные решения по выводу страны из кризиса, обострил старые социально-экономические проблемы, десятилетиями не получившие своего разрешения, добавил к ним осознание новых проблем и вызовов, с которыми сталкиваются США как дома, так и на международной арене.

Этот процесс грандиозной трансформации не получил ещё своего полного и ясного осознания ни в США, ни за их пределами. Однако уже появилось огромное количество публикаций с попытками осознать, что же происходит с этой все ещё наиболее могущественной в экономическом и военно-политическом отношении страной в мире. Является ли это лишь временным недомоганием, вызванным несварением желудка, или это начало прогрессирующей деградации и угасания великой державы.

Среди работ на эту тему можно выделить и те, которые говорят о начале конца могущества США, как это, например, однозначно утверждается в книге Патрика Бьюкенена «Самоубийство сверхдержавы: Доживёт ли США до 2025 года», так и более умеренные утверждения, сводящиеся в тому, как это отмечается у Фарида Закарии «Постамериканский мир», Збигнева Бжезинского «Стратегическое видение» и ряда других, что США ещё долгое время сохранят своё лидерство в мире в качестве ведущей экономической и военно-политической державы, однако им придётся адаптироваться к новым реалиями, при которых доля США в мировой экономике и их военно-политические возможности будут постоянно сокращаться.

При этом следует отметить, что в общественном сознании многие политики и СМИ все равно пытаются сохранить мифы времён образования американской нации и государства, это особенно наглядно проявилось в ходе только что закончившейся президентской избирательной кампании, в то время как реальная жизнь на каждом шагу демонстрирует неадекватность утверждений этих мифов XVIII-XIX веков к реалиям XXI столетия.

Нам представляется, что краткий обзор того, какую эволюцию пережила эта страна, и с какими новыми проблемами и вызовами она сегодня сталкивается, будет хорошим введением к докладу, где в соответствующих разделах более подробно рассматриваются процессы трансформации этого общества и государства. Происходящие изменения в США могут в обозримой перспективе качественно изменить как расовую, этническую, конфессиональную и ценностную систему страны, так и поставить вопрос о радикальных изменениях в партийно-политической и институциональной системе, что неминуемо отразиться на роли и месте США в мире, где эта страна осуществляет своё лидерство не только на основе «жёсткой силы» - армадой кораблей и могуществом ракетно-ядерных сил, но и с помощью «мягкой силы» - будучи примером для других стран при решении в этих странах многочисленных экономических, социальных, политических и иных проблем, с которыми сталкиваются государства в XXI веке.

С момента образования США идея американской исключительности была принята как догма: отцы-основатели считали, что они создали уникальное государство, основанное на универсальных гражданских ценностях, не имеющее доминантной национальной или этнической группы. Исключительность Америки проявлялась в двух измерениях: в особом экономическом укладе, духовной основой которого была «протестантская этика», и мультикультурализме, как доминирующей идее существования американского общества, состоящего из разных этно-конфессиональных групп. В «протестантской этике» особое значение придаётся культу труда: человек должен рассчитывать на свои собственные силы и, честно работая, он непременно сможет добиться желаемого результата и его труд будет достойно вознаграждён.

Поскольку во время первых волн иммиграции, все находились примерно на равных стартовых позициях, социальная мобильность была чрезвычайно высока, а успех отдельных индивидов обуславливался исключительно их способностями.
Что касается мультикультурализма, отцы-основатели подчёркивали в своих установочных речах, что все граждане, проживающие в Соединённых Штатах, прекращают быть гражданами штата Вирджинии, Пеннсильвании, Нью-Йорка, Новой Англии и становятся американцами. В дальнейшем выходцы из Англии, Ирландии, Италии, Нидерландов, Польши и десятков других государств переставали быть лояльными своей исторической родине, «становились американцами», чтобы создать первое государство, основанное на универсальных ценностях.

Гражданство в США складывалось на основе лояльности к конституции, не имея этнических или культурных компонентов. Именно это и заложило основы господствовавшей до 1960-х годов ХХ века концепции американского плавильного котла, в котором представители всех религий и культур превращались в американцев. Когда концепция плавильного котла перестала соответствовать новой американской действительности, особенно наглядно уже с середины 1960-х годов, ей на смену пришли концепции «разнообразия» и «миски с салатом», где разнообразные составные части – ингредиенты – были соединены салатным соусом, но при этом оставались самими собой.

Поскольку на начальном этапе истории Америки иммиграция, в основном, шла из стран Западной Европы и по религиозному составу была протестантской и англиканской, постольку в США эта группа белых англо-саксов протестантской веры была носительницей доминирующей системы культурных ценностей. Эти ценности перешли в экономику и политику, сделав их господствующими в общественном сознании. Как иммигрантское общество США были открыты к иностранцам и в противовес европейским монархиям демонстрировали равенство возможностей и отсутствие передаваемых по наследству власти и статуса. Так, постепенно начала складываться концепция мультикультурализма и разнообразия, где по-прежнему доминировала группа белых англо-саксов протестантского происхождения.

Увеличение как численности, так и экономических и политических возможностей других этно-конфессиональных групп привело к тому, что эти группы, разные по цвету кожи, религии и культуре, перестали чувствовать необходимость быть такими, как англо-саксы, при этом многие в силу цвета кожи, религии и культурных особенностей и не могли бы стать англо-саксами при всем их желании.

В течение всего ХХ века ситуация менялась и в экономическом, и в демографическом измерении. Создание системы социального обеспечения и медицинского страхования с участием государства было связано с Великой депрессией и, по мнению сторонников саморегулирующегося рынка, нарушило традиционный баланс американской капиталистической системы, в которой, помимо действительно нуждавшихся в помощи от государства, стали появляться «безбилетники».

Этот процесс совпал с бурным развитием индустриального общества и сыграл свою роль в росте среднего класса.
Однако, как подчёркивается в разделе доклада, посвящённого финансово-экономической ситуации, в силу разных причин, включая изменения в налогообложении, началось размывание среднего класса и рост разрыва между доходами самых богатых, среднего класса и бедными слоями населения. Налоговое бремя сместилось на все группы среднего класса, способствуя процветанию 1% самых богатых американцев, которые с успехом использовали механизмы укрытия богатства за рубежом, перевод средств и отчётности компаний в оффшорные зоны. Сложнейшие социально-культурные метаморфозы сопровождались изменением модели экономики. С 1980-х годов в США обозначились процессы деиндустриализации, начался перенос производства товаров в развивающиеся страны с более дешёвой рабочей силой, а США активно двигались в направлении экономики услуг. Стоит отметить, что изначально происходил перенос не высокотехнологических сегментов производства, затем были частично перенесены производства по сборке высокоточной аппаратуры, электроники, бытовых приборов и т.д. Рост доходов американских компаний оборачивался ростом торговых дисбалансов. Помимо этого, перенос производства сказывался на таком явлении, как структурная безработица: с одной стороны, наблюдалось снижение возможностей трудоустройства для низкоквалифицированных специалистов и людей рабочих специальностей, а с другой стороны, объективный недостаток рабочих мест в высокотехнологических, исследовательских, финансовых секторах сопровождался ограничениями человеческого капитала.

Последнее обстоятельство заставило население обратить своё внимание на образовательные возможности, однако получение престижного образования не могло решить структурных экономических проблем.

Именно изменение экономической парадигмы в этом направлении сыграло веком ранее злую шутку с Великобританией, которая на тот момент была сверхдержавой. Один из авторитетнейших современных исследователей американской экономической истории Майкл Линд пишет не только о том, что нынешняя роль США в мировой экономике схожа с ролью Британской империи сто лет назад, но и о том, что именно из-за этой схожести США могут повторить судьбу Британской империи, утратившей все свои геополитические позиции. Американский исследователь считает, что, как и Британская империя в начале прошлого века, США, выступая за свободу международной торговли, дали доступ на свои потребительские рынки промышленным товарам из менее развитых государств, где наблюдается стремительный рост благодаря развитию промышленности. Также как и Британия сто лет назад, по мнению Линда, США стали мировым центром услуг, прежде всего финансовых, и это полностью устраивает лидеров американского бизнеса.

Однако это привело к потере целых отраслей экономики с высокооплачиваемыми рабочими местами, которые создавали основы американского среднего класса. В итоге, начиная с 1970-х годов, по свидетельству авторитетных экономистов, как численность, так и доходы среднего класса не растут. Смещение акцента финансовой системы на производные инструменты, с одной стороны, требует безотлагательного регулирования этой сферы, а с другой, дальнейшее её развитие невозможно без продолжения глобализационных процессов. Глобализационные процессы сами по себе играют на пользу космополитичной финансовой элите, которая относительно менее привязана к какому-то географическому месту, свободно управляет финансовыми потоками и действует в своих интересах, а не в интересах национальных государств, паспортами которых обладают её представители. В приложении к США, это означает дальнейшее расслоение общества на тех, кто работает в Америке, платит налоги, берет кредиты и выплачивает долги, и тех, кто, используя сложные финансовые схемы, уходит от налогов, оптимизирует процесс получения доходов, а также лоббирует выгодные решения на уровне правительства. Сложившаяся структура не позволяет среднему классу вырваться из этого замкнутого круга.

Формирование информационного общества привело с собой ряд непредумышленных последствий. Сейчас иммигранты находятся в США физически, однако процесс полной интеграции в американское общество становится все более необязательным, поскольку им относительно легко поддерживать связи с родиной: телевизионные каналы, сайты, скайп – служат общению иммигрантов с родными и соотечественниками, что ранее было затруднительно. Иммигранту больше не обязательно в совершенстве овладевать английским языком. Стало исчезать то, что держало США вместе: роль английского языка снижается, во многих южных штатах, где стремительно набирает популярность испанский язык, ставший неофициально вторым государственным языком. Иммигрантские общины живут в своей культурной среде, напоминающей больше их историческую родину.

Более того, рост таких новых центров силы как Китай, Индия, Бразилия, Индонезия и других также усиливает ассоциирование местных этнических диаспор со своей исторической родиной. Если, например, быть китайцем престижно, китайский иммигрант, возможно, не захочет отказываться от своей китайской идентичности в пользу американской. Лояльность нового электората иммигрантского происхождения и его предпочтения гораздо сложнее предугадать и труднее ответить на их социальные и политические запросы. Это также создаёт волну негатива со стороны пожилого поколения: в конце концов «настоящие американцы» ставят Америку превыше всего. Является ли поклонение американскому флагу в контексте всех связей с родиной показателем лояльности США? Таким образом, в США формируется новое по составу общество, в котором критическую массу набирают диаспоры и создают гораздо более сложные отношения США с их исторической родиной. Этот процесс также способствует усиливающейся фрагментации американского общества.

Описанные выше тенденции не являются исключительно американскими. С развитием технологий, коммуникаций и информационного общества, а также развитием идей Единой Европы, мультукультурализм пришел в Европу, однако столкнувшись там с национальным государством и с ядром коренного этноса, вызвал серьёзный социально-культурный и политический кризис в ряде стран этого региона. По всей видимости, межэтнические, межконфессиональные и межкультурные конфликты и напряжения станут нормой особенно для «Старой Европы» на ближайшие десятилетия. В Германии, к примеру, до сих пор гражданство определяется этнической принадлежностью, соответственно, многочисленные выходцы из Турции и других стран, фактически, являются людьми второго сорта. Ещё несколько лет назад об этом молчали, однако в недавней книге бывшего председателя правления центрального банка Германии Саразина открыто говорится, что иммигранты исламского происхождения подтачивают национальное богатство Германии и их численность растёт гораздо более высокими темпами, чем коренное население. После этого случая Канцлер Германии Ангела Меркель признала тот факт, что мультикультурализм в Германии провалился. Лидеры Великобритании Д.Камерон и Франции Н.Саркози в разных ситуациях так или иначе намекали на конец парадигмы мультикультурализма. Это только некоторые примеры того, как европейские лидеры и государства, сталкиваясь с национальными вопросами, оказываются не в состоянии предложить адекватные меры для их решения. В заключение нужно отметить, что в условиях глобализационных процессов и наличия в США излишка в институциональной системе сдержек и противовесов в сочетании с фрагментацией общества, происходит оформление множества групп интересов, компромисс между которыми становится все менее достижимым. Ситуация усугубляется тем, что выборные лица, стремящиеся к продлению своих полномочий, мыслят в категориях двухгодичных политических циклов. Следовательно, в американском обществе все чаще проявляются конфликты и напряжённость, а политики ориентированы не на проблемы общества в целом, а на определённые социальные и этнические группы, которые относятся к их базовому электорату, не спешат с решением стратегических для страны проблем, что приводит к их как умножению, так и усложнению для решения.

Таким образом, остаётся все меньше сомнений в том, что многообразие и плюрализм, которые всегда считались достижениями США и краеугольными понятиями в теории демократии, сегодня способствуют росту дисфункциональности американской политической системы. Возможно, это указывает на правоту Джона Стюарта Милля, который говорил, что только в гомогенном по этно-культурному и религиозному составу обществе возможно эффективное функционирование демократической политической системы. Сегодня его утверждение вновь приобретает актуальность и, следуя логике Милля, мы приходим к риторическому вопросу о том, насколько вообще в чрезмерно фрагментированном обществе с институционально оформленными могущественными группами интересов, могут эффективно работать демократические процедуры. Формирование информационного общества привело с собой ряд непредумышленных последствий. Сейчас иммигранты находятся в США физически, однако процесс полной интеграции в американское общество становится все более необязательным, поскольку им относительно легко поддерживать связи с родиной: телевизионные каналы, сайты, скайп Источник: imperiya.by


commnetКомментарии

Пожалуйста, войдите / зарегистрируйтесь
или авторизируйтесь через любую соц. сеть, чтобы оставить комментарий.


Похожие новости
Збигнев Бжезинский: в борьбе с российским шовинизмом 29 июня 2014 г.

Збигнев Бжезинский: в борьбе с российским шовинизмом

Доктор Збигнев Бжезинский выступил на конференции в Центре Уилсона, которая состоялась 16 июня и проходила под заголовком «Взаимная безопасность под вопросом? Россия, Запад и архитектура европейской безопасности» (Mutual Security on Hold? Russia, the...

дальше...

Фарид Закария: возвышение путинизма 02 авг. 2014 г.

Фарид Закария: возвышение путинизма

Когда закончилась холодная война, Венгрия занимала особое место в истории революций 1989 года. Она была первой страной советской орбиты, отказавшейся от коммунизма и сделавшей выбор в пользу либеральной демократии. Сегодня она вновь является законодателем...

дальше...

Збигнев Бжезинский скончался на 90-м году жизни 27 мая 2017 г.

Збигнев Бжезинский скончался на 90-м году жизни

МОСКВА, 27 мая. /ТАСС/. Збигнев Бжезинский, помощник по национальной безопасности президента США Джимми Картера в 1977—1981 годах, скончался в пятницу в возрасте 89 лет. Об этом сообщил американский телеканал Fox News.Американская...

дальше...

Збигнев Бжезинский: У Путина заканчиваются деньги 20 янв. 2014 г.

Збигнев Бжезинский: У Путина заканчиваются деньги

Руководству России придется преодолевать последствия кризиса. Об этом бывший советник президента США по национальной безопасности Збигнев Бжезинский заявил на слушаниях в комитете по иностранным делам американского сената, которые были посвящены политическому...

дальше...

Бжезинский: Россия хочет пробудить в мире страх ядерной войны 16 нояб. 2014 г.

Бжезинский: Россия хочет пробудить в мире страх ядерной войны

Путинская Россия будет пытаться пробудить в мире реальный страх перед возможным началом ядерной войны. Об этом бывший советник президента США Джимми Картера, политолог Збигнев Бжезинский заявил во время лекции в американском Центре стратегических и международных...

дальше...

Время региональных сверхдержав: с кем мы будем править миром 05 янв. 2014 г.

Время региональных сверхдержав: с кем мы будем править миром

2013-й год, по словам большинства специалистов, в первую очередь запомнится серьёзными геополитическими поражениями Америки, которая всё больше напоминает позднюю Римскую империю. Соединённые Штаты отступали по всем фронтам, на словах при этом отстаивая...

дальше...

Системный кризис капитализма, деградация человечества 14 янв. 2014 г.

Системный кризис капитализма, деградация человечества

В настоящее время всё больше процессов в духовной, культурной, социальной, политической и экономической жизни человечества можно охарактеризовать словами «безумие» и «вырождение». Процесс деградации человечества может стать предпосылкой глобальной катастрофы...

дальше...

Atlantico. Геополитическое самоубийство Запада? 07 марта 2014 г.

Atlantico. Геополитическое самоубийство Запада?

Перед наспех созванным саммитом европейских лидеров в Брюсселе стоит задача рассмотреть санкции против России. Эта запоздалая реакция, которая, скорее всего, не даст хоть сколько-нибудь ощутимых результатов, проливает свет на упадок влияния Запада в...

дальше...

Последние новости

Новости на сегодня 30 июля 2021 г.